Меню
12+

«Призыв», Общественно-политическая газета посёлка Палех и Палехского района Ивановской области

27.03.2017 11:34 Понедельник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 12 от 24.03.2017 г.

Строка поиска

Автор: Е. Лакеев

Мы продолжаем составлять нескучный коллективный портрет поколения, родившегося в 90-е, рассказывая читателям на кого эти молодые люди учатся, кем работают и чем живут. Новые профессии, новые выбранные города или, напротив, истории из разряда «где родился там и пригодился»: все это, мы искренне верим, поможет тем, кто стоит сейчас перед выбором кем стать.

Дебютный выпуск рубрики «Поколение» был открыт разговором с профессиональным дизайнером, а сегодня мы беседуем с Денисом Диаровым, который обучался компьютерным наукам в ИвГу, сейчас преподает в палехском училище математику и информатику, а еще является участником художественной артели. Итак, Денис Диаров о любви к звёздам и местной природе, «мемасиках», «Кошечке», артели «Фертъ», и даже о пользе аппендицита.

- Денис, кем ты мечтал стать в детстве?
- Ой, да это сложно было.
- У тебя постоянно менялись «хотения» или что?
- Не берем те мечты, в которых я хотел стать милиционером или пожарным? С чего начать. Я очень любил чтение. Научился рано читать, лет в пять, в какой-то момент меня притащили в детскую библиотеку, и к концу начальной школы я, наверное, половину книг перечитал.
- Помнишь, там была такая полка с тоненькими книжками для самых маленьких? На ней были и комиксы в том числе. Ты рассказываешь, и я вспоминаю «Сагу о лесных всадниках». Подумал, что этот комикс, возможно, был близок тебе. Кажется, французский, там такие господины необычные — эльфы.
- Помню, но не увлекался особо. А вот во втором классе я первый раз прочитал «Властелина колец».
- И понеслась.
- Да, и понеслась: стала нравиться тематика сказки, исторической литературой начал интересоваться и, кстати, научной. Я очень астрономию любил и даже хотел стать ученым! Но, столкнувшись в школе непосредственно с наукой астрономией, я понял что, да, это не мое. Там были ужасные формулы и расчеты.
- А из книг, значит, фэнтези увлекался.
- Да, очень повлияло. Ну, еще энциклопедии читал!
- Я тоже! «Почемучки», «Я познаю мир». Интернета же еще не было! Сидишь и читаешь про какое-нибудь сельское хозяйство Южной Америки и тебе интересно. Ладно, закончились все эти школьные дела, какой путь ты выбрал дальше?
- Меня готовы были взять в ПХУ, но я что-то тогда стушевался и решил не идти. Рисовать я особо не рисовал. Решил закончить 11 классов. Хорошо шла литература, и русский я знал намного лучше, чем математику, но почему-то я пошел на техническую специальность.
- А как так получилось?
- Да я не знаю. Сначала был «энерго», а потом «гос». Я полгода проучился в «энерго» и потом бросил, не понравилось. Тогда на меня товарищи повлияли. Очутился на факультете каких-то теплоэнергостанций, и что-то мне не зашло совсем. В «госе» я уже пошел на математика-программиста. Начались компьютерные науки.
- И как?
- Первые два курса так себе, а потом пошла специализация, мы выбрали кафедры, начали углубляться в дело — стало хорошо. Можно было пойти на программиста или на преподавателя. У меня с программированием не очень, я решил выбрать преподавание. Спасибо научному руководителю, который дал мне свободу выбора для диплома и курсовых, и я занялся 3D-моделированием.
Одну из курсовых я посвятил первому советскому компьютерному мультфильму «Кошечка», в котором пиксельная кошка двигалась по экрану. Мне нужно было воспроизвести его современными методами. И тогда я столкнулся с трехмерной графикой и решил, почему бы не сделать анимацию, не описать всё это математически?
- Очень интересно! То есть ты разобрался в «трёхмерке» и можешь ей заниматься?
- Да, я потом еще с математической стороны описывал рендер геометрических объектов, моделил интерьеры. В мастерской у Анатолия Влезько успел поработать. Со временем появилась тяга к векторной графике, освоению Фотошопа и 3D MAX. Как дизайнер я способностей не имею — у меня с фантазией туговато (смеемся). Но если что-то сделать по готовому — я могу, спокойно.
- Ты окончил ВУЗ, можешь практически себя применить в современных реалиях. Отчего тогда Палех? Бытует мнение, что здесь непросто найти работу.
- Когда учился, я уже искал работу в городах. Иваново, Ярославль... Планировал идти в разработку игр. Но по окончании университета мне расхотелось в городе жить, надоело как-то. В то время у меня вырезали аппендицит, и я отсиживался дома в Палехе. Поймал себя на мысли, что на родине вроде даже и неплохо, да и поработать есть где. Устроился в иконостасную мастерскую на несколько месяцев. Потом проработал страховым консультантом в Госстрахе у нас…
- Смотри, перебиваю, если ты проработал с образованием программиста в Госстрахе консультантом, значит, ты чётко понимал, что не хочешь больше искать работу вне Палеха?
- Да искал, но потом решил отказаться от этого.
- Но и не бросил занятия трёхмерной графикой.
- Да, для себя занимаюсь. Даже есть связанные с 3D проекты. «Столярка» и ЧПУ-станки, вот это вот всё.
- Понятно. А чем город мешает тебе, или таким людям как ты? Сейчас же много тех, кто уезжает в город, однако и не мало тех, кто возвращается.
- Для меня просто чужда городская суета. Мне надо чтобы в лес можно было сходить. Захотел — вышел, прогулялся, на рыбалку отправился. А в городе, конечно, это проблематично. Да и вырос я среди всего этого, в детстве меня мама приучала ходить с дедушкой в лес.
- Теперь спрошу про ручной труд, и про многим уже известную артель «Фертъ». Как началась эта совместная история с художником Ярославом Пикулевым?
- Мы знакомы с ним со времен воскресной школы. Я всегда с Ярославом поддерживал дружбу, по учебе иногда пересекались. Правда, артель началась года два назад с одного другого моего друга. В то время я работал страховым консультантом, и подумывал чем бы таким заняться для себя, каким-то хобби. Понимаешь, постоянное сидение у компьютера — это такая… деградация. Захотел рукам применение найти, конечно, я не думал тогда, что увлечение станет основной работой.
- Нужна какая-то мелкая моторика (смеемся).
- Как-то встретились с Алексеем Суриковым, пошли прогуляться, я рассказал ему о своих мыслях. Леша признался, что и он в Палех за ручным трудом приехал. Стали думать. У Алексея была возможность поработать на кузнице в совхозе, но потом оказалось, что она в таком состоянии… Совсем не пригодном для работы. Потом решили заняться какой-нибудь мелкой сувенирной продукцией. Начали вдвоем, а затем привлекли знакомого художника Дмитрия Редкозубова. Первый рабочий день состоялся как раз у него: с фонариком, в холоде, в куртках. Мы очень хотели делать какие-нибудь деревянные поделки.
- На этом этапе вспомни, пожалуйста, о чём вам мечталось?
- Да как-то толком не видели, наверное, четкой цели. Хотели работать и параллельно делать мелкую «сувенирку», сдавать её в салон. Что-то на тему Палеха, тогда роспись у нас не была в приоритете совсем, планировалась пирография, и разная работа с деревом. Так мы пару раз встретились, и всё наше начинание заглохло! (смеемся). Я что-то продолжал делать для себя. Как-то повстречав Ярослава, рассказал и ему об этих идеях. Он сказал: «Ребята, а приходите ко мне». Так и начали.
- Сейчас что-то поменялось? Чем живет артель?
- Поменялось всё. Смотри, был год поиска. Мы начали с интерьерных фигурок из папье-маше, затем ушли в другое: делали мебель, какие-то выпилы, заколки… и поняли, что это не наше. Разумеется, мебель можно делать, но редко. Упор на неё не сделаешь — слишком сложно продать. Так мы вернулись к фигуркам. Сейчас у нас много заготовок, работы навалом.
- Прошло время, идея была в том, чтобы делать «сувенирку», а теперь это нечто большее, да?
- Это уже не сувениры, мы считаем, что артель перешла на другой уровень, наверное, это уровень искусства.
- Не пытались осмыслить, почему всё, что не начни в Палехе, всё в искусство метит? Место такое?
- Не знаю, в Палехе-то нас не очень любят. Да и мы позиционируем себя иначе, считая, что мы не вписаны в палехское искусство, и стоим отдельно. Наши мастера — выпускники художественного училища, и они используют навыки, которые там получили, но вдохновляемся мы больше древнерусским искусством в целом.
- Давай, чтобы понять, древнерусским искусством может быть и резьба, и рельефы, и, безусловно, икона, фрески, архитектура — это всё вместе подразумевается, в комплексе?
- Конкретно я вдохновляюсь совсем уж древним искусством, дохристианским скорее. Я делал деревянные гребни — это была реконструкция VI века, работал по археологическим находкам. Меня привлекает это время и культура.
- Что-то такое мощное, что уже не увидеть обычным глазом.
- Да-да. То, что было ближе к природе. Ярослав, как мне кажется, вдохновляется византийским искусством, европейским средневековьем, эпохой возрождения. А у меня — больше упор на архаику, древнюю Скандинавию.
- Всё, что ты перечислил, как раз и влияло на становление древнерусского стиля в искусстве. Веянья приходили с востока, с севера, и, конечно, с запада.
- В артели всё же есть определенные рамки, всё-таки у нас существует озвученное направление, и мы его исследуем.
- Как ты считаешь, эта ситуация не похожа на историю первой палехской артели? Они тоже, мягко говоря, увлекались древнерусским искусством. И, поначалу, их мало кто любил.
- Да, в этом плане, можно сказать.
- Не то, чтобы я хочу провести какую-то смелую параллель, но вот тебе в голову не приходило, что это ваше начинание может вырасти до серьезного большого проекта? Есть такие амбиции?
- Конечно. Была и такая мысль: создать арт-деревню с ремесленной культурой вблизи Палеха, в которую посетители могли приезжать и смотреть, как мы трудимся, что-то там приобретать, в мастер-классах участвовать, может даже пожить в какой избушке. Пока всё упирается в финансы! Был бы инвестор, мы бы рванули, не сомневаясь.
- Вы привлекаете новых артельщиков?
- Разные случались сотрудничества. Мы предполагаем, что артель может разрастись. Дмитрий, который с нами начинал, потом ушел — теперь вернулся. Он еще будучи студентом что-то пытался делать. Опять же под руководством Ярослава. Все-таки у нас существуют достаточно строгие требования, чтобы стилистика не разъезжалась в стороны. Сейчас Дима втянулся и даже работает в своем стиле, и этот стиль признан. В последней коллекции он выполнил, наверное, половину работ, и людям нравится. Благодаря свежему взгляду у нас появились новые клиенты и подписчики.
Хороший опыт получился с одной из студенток, она помогала нам фотографировать. И работала, пусть по мелочи, но технично. Мы постоянно участвуем в выставках (обычно это Иваново, но была и ярмарка в Москве, скоро будет в Перми, после «персоналки» Ярослава). Соответственно возможность выставиться, на мой взгляд, привлекательна для студентов. Какой выпускник может себе позволить участие в выставке? А ведь это может послужить неплохим стартом. У нас в рамках артели, но под своей фамилией — пожалуйста.
- Понял, это интересно. Про «интернеты» хотел спросить. Ведь именно через социальные сети артель находит своих заказчиков.
- В основном мы используем Инстаграм и Фейсбук, в то время как Вконтакте — совершенно «мертвый» в этом плане. Страница в ВК скорее информативная, основная связь по заказам происходит через Инстаграм. Был когда-то опыт продажи через Ярмарку Мастеров, но это не наше совсем. Тогда мы еще позиционировали себя как хендмейд, и нас атаковали всякие тётеньки со словами: «Вы же хендмейд, вы должны стоить дешево».
- 500 рублей.
- Да-да, но мы решили, что всё-таки на поле искусства работаем.
- В выставках участвуете, а еще какие-то старые аналоговые способы найти заказчика используете?
- Сложно живётся артели без менеджера по продажам. Мы же не особо сильны в этом деле.

- Опиши стандартный продукт артели «Фертъ». Например, в палехской артели это была расписанная мастерами шкатулка, покрытая лаком.
- У нас это фигурка мифического существа или животного. Мы не брезгуем мифологией, и не только славянской, у нас и единороги есть. Наша артель это такое новое, но при этом старое направление современного искусства. То, что у нас выходит — это не банальное современное искусство. Просто мы немного ушли в другую сторону. Кстати, когда всё начиналось, и мы пытались найти что-то подобное — ничего не нашлось. Даже концепция папье-маше фигурок — её не существовало.
- Внутри артели есть художники, они занимаются росписью, и есть те, кто делает всю «столярку». Интересно, как в связи с этим разделением создается художественный образ?
- К слову, мой дедушка всю жизнь работал в художественных мастерских в цехе заготовки полуфабриката. Так что я пошел по его стопам. Правда, в артели я занимаюсь всем по чуть-чуть: могу и в цвете что-то простенькое раскрыть. Нельзя сказать, что я занят исключительно «столяркой».
Мы делаем работы коллекциями и сначала всё продумываем: общую тематику, то, как изделия будут выглядеть. Затем художники выполняют эскизы. После одобрения на общем совете мы начинаем изготовление. Кстати в конце к готовой работе может что-то еще добавиться, как это случилось в последней коллекции. Мы сделали подвесные фигурки и решили, а почему бы их не поместить в какой-то ящик, скворечник — это уже арт-объект. Когда работы готовы, мы делаем фотосессию, выкладываем всё в Интернет и ждем заказчика. Что-то из этого доживает до выставок.
- Поговорим теперь про художественное училище. Как, в целом, сложно преподавать молодым художникам?
- У меня был опыт практики в 33 школе ивановской, это было ужасно! (смеемся). Класс был с математическим уклоном, дети попались вполне адекватные, но было сложно работать под надзором преподавателя, который грозил мне с задних парт! (смеемся) «Ты почему говоришь неграмотно?», «Ты почему используешь такие слова?» и так далее.
- В ПХУ свободнее дышится?
- Да, во-первых, никто не стоит над душой.
- В оправдание твоих слов, скажу, что многие хорошие учителя отклонялись от принятой нормы, то есть они вели предметы или ярко или просто, доступно. Их всегда журили за эти дела, но именно такие, на мой взгляд, остаются в памяти.
- На практике нас пытались обучить, как правильно нужно преподавать, а уж каким образом мы будем работать — это другое дело. На первом занятии в училище, знаешь, было страшно. Выступать перед публикой всегда для меня было очень волнительно: все смотрят на тебя.
- Как ты готовишься к уроку?
- Готовлюсь заранее, что касается математики, я знаю программу и могу «с листа», это не так трудно, к тому же у меня не стоит задача подготовить к ЕГЭ. Ребята получают базовые знания в математике.
- А в информатике ты даешь больше теории или практических советов?
- Смотря о чем говорить. На втором курсе нет программирования, есть теория чисел, история развития информатики, кодирование. На четвертом курсе я уже преподаю основы графического дизайна, то есть мы изучаем Фотошоп, векторную графику.
- Сразу спрошу — ты в Кореле учишь?
- Да.
- А почему?
- Потому что он стоит на компьютерах. Логичнее было бы изучать вектор в Иллюстраторе, но. Я думаю когда-то переустановим, если уж мы работаем в Фотошопе, то должен быть один рабочий пакет.
- Что студенты смогут сделать по окончании твоего курса?
- Сначала ребята знакомятся с основными направлениями графики, потом постигают азы рисования в графических редакторах. «Горячие клавиши» разбираем, как все устроено в Фотошопе, я даю задания, и консультирую, когда они их выполняют. Далее идёт векторная графика и прочее: фильтры, форматы, цветовые режимы — довольно насыщенно, учитывая, что времени не так уж и много.
- Я слышал хорошие отзывы. То, что ты даешь им свои знания — это же прекрасно. Ведь можно изучать программу, а можно дать навыки. Работа в училище и в артели, занятия графикой дома на компьютере — тебя не разрывает на части?
- Нет, вполне справляюсь. В училище мне нравится, есть обратная связь со студентами, стараюсь ломать свои комплексы в общении — думаю, это большое дело.
- Ты еще не вошел в студенческий фольклор? Знаешь, когда дают прозвища, или что там еще бывает! Как ты находишь язык с ребятами?
- Наверное, сейчас такое время, что разница в 10 лет не так ощущается. Что-то общее всегда найдется. По крайней мере, шуточки я их понимаю (смеемся).
- «Мемасики».
- Да, мемы и так далее. Некоторым преподавателям сложно, у них есть некая «стена», мне же проще в этом плане. Но есть и минус — наглеют!
- Справишься. Напоследок: тебе важно, что ты живешь в Палехе?
- Вопрос сложный. Если куда-то уезжать, то только на север что ли…
- Почему на север? Он как-то у тебя мифологизирован? Сияние и всё такое?
- Да, тянет туда. Можно просто съездить в путешествие, например, в Карелию. А так, пока я доволен тем, что живу в Палехе. Мы частенько выезжаем в походы с друзьями по области, по заброшенным деревням, лесам и озерам. Не просто приезжаем на природу, простите, чтобы «побухать», а вдохновиться, посозерцать. Наш район, Южский район — замечательные места, их ходить — не обходить! Мне близка палатная романтика, поиск себя. Наверное, я и остался в Палехе из-за природы местной.
- Смотри, можно сказать, остался из-за березок, да, а как раскрылся, в разных направлениях — занятой человек. Причем многие проекты ты генерируешь сам (или с товарищами). То есть, ты не просто остался в поселке, а подошел именно творчески, создал то, где себя можно реализовать, а уж если пошел на работу — то в художественное училище! Такие выводы, Денис (улыбаемся).

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

180