Меню
12+

«Призыв», Общественно-политическая газета посёлка Палех и Палехского района Ивановской области

06.05.2022 08:52 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 18 от 06.05.2022 г.

Солдатский дневник

Автор: М. Владимирова

На фронт Борис Николаевич Парилов ушел совсем мальчишкой (слева), а вернулся в звании младшего сержанта (справа).

Приближается 77-годовщина Победы в Великой Отечественной войне. Палешане помнят и чтут своих земляков, освободивших наш народ от фашистских захватчиков. И в преддверии этого праздника «Призыв» рассказывает о людях, которые защищали Родину и завоевали Великую Победу.

Сегодня речь пойдет о Борисе Николаевиче Парилове, художнике из династии Париловых, который прошел всю войну, начиная с 1941 года.

Борис Николаевич Парилов родился 12 октября 1922 года в Палехе. Его отец, Николай Михайлович Парилов, был талантливым художником, лауреатом Сталинской премии. Мама, Анна Евгеньевна, домохозяйка, происходила родом из семьи холуйских иконописцев. В семье было двое детей. Сестра Бориса, Зоя Николаевна, впоследствии стала учителем, жила в Иваново и преподавала в школе. Палехскую среднюю школу Борис окончил в 1941 году. Вот фотография выпускников 10 «Б» класса: молодые, красивые и веселые парни и девушки, которых, казалось, ждала интересная и насыщенная жизнь. Но все изменилось в один миг. Отгремел выпускной вечер, и началась война. Одного за другим ребят призывали на фронт.

Ученики 10 «Б» класса Палехской средней школы, 1941 год. Борис Парилов второй ряд сверху крайний справа.

Бориса призвали в армию 6 октября 1941 года. И с этого времени он стал вести дневник, который прошел с ним через все военные годы. Борис не вел свой дневник ежедневно, он записывал туда только самые сильные личные впечатления, отражая при этом боевой путь своей дивизии. Этот дневник бережно хранится в семье Париловых; его внуки и правнуки перечитывают его, изучая по нему историю той страшной войны. В семье также бережно хранится фляжка в чехле и губная гармошка, их Борис Николаевич привез с фронта, хранится его вещевой мешок, пробитый осколками снарядов. Пробитая снарядами, ткань защитного цвета зашита крупными стежками черного цвета, вероятно, только такие нитки были у солдата. Как говорит его сноха, Ольга Михайловна: «Борис Николаевич очень дорожил этим мешком, он считал его своим талисманом, который не раз спасал ему жизнь».

Мне разрешили познакомиться с дневниковыми записями Б.Н. Парилова. Вот я держу в руках его дневник, осторожно перелистываю пожелтевшие страницы, с этими записями мы познакомим наших читателей. Начинается дневник в октябре 1941 года:

«6 октября вызвали в РВК, где получил повестку о явке с вещами 8 октября в Дом культуры. Собрался, и вот восьмого к вечеру выехали из родного дома, а куда? Туда, куда закинет судьба. Девятого числа в Шуе сели на поезд и двинулись на запад. В это же время враг упорно рвался к Москве. Одиннадцатого числа проехали Ярославль и к 12 часам 12 октября 41 г. были на станции Лом – в 20 км от Рыбинска. И вот только отъехали от ст. Лом два км, получилось то, что никто не ждал. Ехали, пели песни, а тут один разрыв, второй, третий, и больше я ничего не чувствовал. Минут через 15 очухался, слышу стон, крик, шум немецких самолетов и стрельба пулеметов с самолета. Кое-как освободил расшибленную правую ногу и уползаю через разбитый вагон в лес, где спрятался под дерево. Самолеты улетели. Поднялся, кое-как срезал две палки и поковылял на одной ноге к разбитому составу. Что представилось моим глазам – не вообразишь. Все разбито, а от некоторых вагонов ничего не осталось, кругом убитые, а на деревьях целый семик. Было 68 вагонов, а осталось 14. Кое-как нашел в обломках вещи, простился с убитыми палешанами и пошел на станцию. Два километра прошел за пять с половиной часов. К вечеру всех раненых погрузили в вагоны и к 24 ночи прибыли в Тутаев. Там осмотрели и через три дня повезли в Палех. В больнице ногу положили в гипс, пролежал я целый месяц. К 12 ноября нога выздоровела. Погулял я до 26 декабря, а там опять повестка».

Так началась служба в армии Бориса Николаевича. Он получил назначение в г. Балахна в формируемую 145 стрелковую дивизию. Прошел там обучение, и 20 февраля «утром начался путь на фронт». Проехали г. Торжок, а дальше 360 км пешком, шли только ночью в морозы и вьюги. «По пути еле удавалось попасть в дом, потому что все были забиты войсками, двигавшимися на фронт. Дошли до д. Цавьи, где прожили с частью до 5 апреля на харчах колхозников, а 6 апреля прибыли на передовую, где заняли оборону...

Работа топографа.

В районе совхоза Меловиды 18 апреля вступили в бой. «Слякоть, весна вступила в свои права. Под шум хлопавших минометов и редкие выстрелы полковых батарей поднялись и пошли в атаку. На половине дороги до немецких траншей по нам стали бить немецкие минометы, а слева и справа перекрестным огнем крупнокалиберные пулеметы. Залегли, но взрывы стали продвигаться к нам. Вперед, только на немцев, и поползли. Выбираешь, где побольше ямка. У самых немецких траншей поднялись и тут-то дали. Немцы, оставив свои траншеи, драпанули. Но нас осталось тоже немного. Не успели мы укрепиться, как немец пошел в контратаку. Выбив нас из своих траншей и не преследуя дальше, стал укрепляться. Мы снова заняли свои старые рубежи. На другой день опять в бой. В 12 часов командир роты послал меня в штаб батальона с донесением. Только я пришел и встал на порог между хатой и сенями, немец угодил прямо в этот дом. Взрывной волной сшибло меня, разбило очки, не мог выговорить ни слова и ничего не слышу. Отправили в санроту, затем в госпиталь. Да, как мне потом объяснили: в том доме убило семь человек».

Парилов пробыл в госпитале до 5 июня, затем снова фронт. 20 июня их часть была направлена на переформирование. То, что Борис Николаевич вырос в семье художников, отлично рисовал и чертил, пригодилось ему в армии. Он был направлен в штаб 559 артиллерийского полка, с 30 августа 1942 года началась его служба на новом месте. Сначала чертежником, затем топографом. Топографические карты в то время были основным источником информации о местности и одним из важнейших документов при управлении войсками. Маршал Советского Союза Александр Василевский говорил: «Ни одна операция, ни одно сражение наших Вооружённых Сил не обходились без точных топографических разнообразных карт». В годы войны топографы выполняли работы днём и ночью, в тылу и на передовой, в сложных погодных условиях, нередко работая непрерывно.

Борис Николаевич часто находился на передовой, засекая огневые точки противника и перенося их на карту. Но о своем награждении медалью написал в дневнике кратко: «Апрель 1943 года. В этот день я был награжден медалью «За боевые заслуги». Поскольку он не пишет о причине награждения, то обратимся к официальным источникам. Читаем приказ о награждении: «Приказ 559-му артиллерийскому полку 47 стрелковой дивизии Калининградского фронта от 28 апреля 1943 года «От имени президиума Верховного Совета Союза ССР награждаю: медалью «За боевые заслуги» командира топоотделения 3-го дивизиона младшего сержанта Парилова Бориса Николаевича, 1922 г.р., члена ВЛКСМ, за то, что он, работая на наблюдательных пунктах полка, сделал плановый снимок обороны противника, под артогнем провел съемку панорамы местности, занятой противником и отлично оформил три панорамы перед фронтом полка с нанесением на них всех действующих огневых точек противника».

И снова возвращаемся к дневниковым записям:

«1 марта 1943 года в нашей жизни начались перемены. Жизнь в нашем краю зашумела. Подходят новые части, артиллерия. Все обрадовались, а то надоело в обороне. Но скоро пришлось разочароваться. В один прекрасный день все, что пришло, ушло обратно. И опять мы зажили своей оборонительной жизнью… Лето провели замечательно, словно на курорте. Строили себе землянки, клуб и т.д. Место здесь хорошее. Кругом лес. Ходили по малину, бруснику, гонобобель, клюкву, которых здесь было много. И между прочим, делали частые операции на гарнизоны противника.

Более сильные операции были на высоте 166.6–Кляжи 29 августа, где участвовали штрафные роты. После того, как наш полк сделал артподготовку, штрафники ворвались на высоту, захватив при этом пленных, четыре станковых и десять ручных пулеметов. В д. Кляжи произошел интересный случай. У одного штрафника вышел из строя автомат, так он схватил, вернее, вывернул оглоблю из телеги и начал ей орудовать по наседающим на него немцам. Разогнал всех… Нашими частями было отбито семь контратак противника с большими для него потерями. 22 сентября вновь шли бои за эту высоту, имеющую большое стратегически-господствующее положение над местностью. В то время как мы производили эти операции слева и справа, наши части начали наступление. Был взят г. Великие Луки, а 20 сентября г. Велиж.

Дальше Б.Н. Парилов описывает наступление наших войск осенью 1943 года, которое началось с артиллерийского обстрела переднего края, затем огонь был перенесен вглубь обороны противника. «По переднему краю стали бить все огневые средства: артиллерия большой мощности, «Ванюши», «Катюши», в воздухе появилась авиация. И после 15 минутной подготовки пехота пошла на штурм укреплений противника. Противник, не выдержав такого огня, стал удирать по направлению г. Невель, но правый сосед тоже начал наступление, перерезав большак на Невель. В пробитую нашей артиллерией и пехотой брешь вошли танковые части с десантами автоматчиков на них, повели наступление вправо и влево. В 15:00 наши части заняли д. Будница и стали продвигаться дальше».

Описывая занятые нашими войсками населенные пункты, Борис Николаевич с гордостью пишет: «Восьмого числа мы получили известие, что нашей дивизии присвоено звание «Невельской». Дух бойцов поднялся еще выше. Но осень вступала в свои права, выпал первый снег, дороги раскисли. В слякоть и грязь по этим болотным дорогам прошли 80 км и остановились в д. Мыльница, где простояли до 13 декабря. Затем ударили морозы, и наступление наших войск возобновилось». Дальше Парилов описывает бои, в которых участвовала их часть. Жили то в деревенских домах, то в землянках. Вот строчки его дневника: «Разместились мы в дому д. Борисовка. Через три дня от деревни ничего не осталось. Разобрали все на дзоты, один наш дом остался «как утес величавый». Противник бил по нему, но все мазал. Я же с начальником переселился на НП». Затем снова в путь, «23 февраля встретили на дневке в лесу. Выдавали водки. 26 числа прибыли в район сосредоточения – западнее Невеля 25 км». И снова бои, самые сильные шли за высоту 173.1, которая, начиная с 11 марта до 18, несколько раз переходила из рук в руки. 7 апреля пришла смена, и дивизия отошла на переформирование. Борис Николаевич получил отпуск на 10 дней и поехал домой. «Домой я приехал 12 числа вечером, – пишет он. – Не ожидали. Палех не узнать. Все пацаны выросли, улицы безлюдны почти. Тихо. Не слышно веселых песен ребят. 18-го утром выехал с дядей Колей в Иваново, навестили девчат в общежитии, ходили в кино, а затем они проводили меня на московский поезд».

И снова – фронт. Подробно описывает Борис Николаевич наступление летом 1944 года: «После сильной артподготовки наша армия перешла в наступление. Сломив сопротивление противника, наши части с боями продвигаются вперед. За три дня пройдено 10 км пути. Противник взрывает на своем пути все, затрудняя этим продвижение артиллерии. Рельсы и дороги взрывает специальными шашками, а полотно, т.е. шпалы, взборанивает каким-то плугом. 29 был убит Костя Фокин и ранен Гриша Плескачевский. Тридцатого подошли на 7,5 км к Полоцку. Вот тут то вновь завязались тяжелые бои». Артиллерия и авиация били по оборонительным сооружениям противника. «Что начало твориться здесь, я не могу себе представить», а затем слова: «Перед моими глазами представился горящий Полоцк… В ночь на 4 июля наши части вновь пошли на штурм Полоцка. Завязались уличные бои. И уже в 7:00 я въезжал в разрушенный, сожженный отступающими фрицами г. Полоцк. Почти ни души. И вот только на западной окраине стало понемногу попадаться мирное население. Да и то, старики и старухи. Молодежь уцелела та, которые попрятались. Да!..

…Въехали на территорию западной Белоруссии. Ребята ходили за самогонкой, которой здесь много и которую дают на вещи, потому что насчет одежи здесь очень плохо… Девятого числа начались наступательные бои. Противник оказывает сильное огневое сопротивление. Нами взяты две деревни. Продвигаемся вперед, но медленно… Получен приказ о награждении дивизии орденом Ленина». Затем Литва и вновь наступательные бои: «Жизнь здесь совсем иная, чем в Белоруссии. Много бегает домашних животных без присмотра, население почти все ушло с немцами. Так что живем хорошо.

Население здесь живет замечательно: отдельный домик, вокруг которого раскинулся фруктовый сад, 2-5, а иногда 15 коров, 2-3 лошади, пасека, овцы, поросята. Обстановка дома ничего, но они только имущество разбрасывают по всему саду, боясь очевидно пожара. Хаты крыты черепицей или жестью.

Много освободили наших русских из-под Ленинграда, Пскова, Новгорода, встречающих нас с большими объятиями».

И вновь тяжелые бои. «Противник в нашем направлении и в направлении Шауляй начал вновь наступление. Бои носили крайне ожесточенный характер. Враг прямо лез на рожон. В день подбивали по 150–200 танков. Но вот пыл наступления у противника спал – выдохся. Наши части, измотавшие противника, немного продвинулись вперед... 29 сентября прибыли в район ст. Жиляй. Подходят новые части. Это наступление называется «Прибалтика».

Наши войска с боями продвигались на запад. «Противник сопротивляется жутко. С 9 октября по 16-е имеем всего 3–5 км продвижения вперед… С 26 октября начались сильные бои. В трудных условиях: грязь, слякоть, дожди. Уничтожается последняя группировка противника на нашей Руси. Да! Тяжелые бои. Я еще таких не видал. Противник цепляется за каждый куст, за каждую высотку. Вот и сейчас, 4 ноября, идет сильный бой».

Встреча ветеранов 47-й Невельской орденов Ленина и Суворова стрелковой дивизии.

Б.Н. Парилов крайний справа.

За эти бои Борис Николаевич Парилов награжден орденом «Красная звезда». А мы вновь воспользуемся официальными источниками и узнаем об этом награждении более подробно. «Приказ частям 47 стрелковой Невельской ордена Ленина и ордена Суворова дивизии от 20 октября 1944 года № 0123/н. Действующая армия. «От имени президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество награждаю: Орденом «Красная Звезда» сержанта Парилова Бориса Николаевича, вычислителя топовзвода штабной батареи 559 артиллерийского полка». И подпись – командир 47 стрелковой дивизии генерал-майор Черноус.

Из наградного листа узнаем: «Парилов Борис Николаевич, член ВКП(б) с 1943 г., в Красной Армии с 6 октября 1941 г., ранен в ногу 12 октября 1941 г. , контужен 18 апреля 1942 г. Краткое содержание подвига: «В период подготовки к прорыву обороны противника с форсированием рек Вента и Вирвичай, овладением м.Тришкды Литовской ССР 7 октября 1944 г. и дальнейшего преследования противника в направлении Приекули, как и в боях за Полоцк, и в Прибалтике сержант Парилов Б.Н. в условиях артминобстрела противником быстро отрабатывал для командиров дивизионов и батареи схемы целей, огней и ориентиров, чем способствовал последним в полном уяснении характера обороны противника, его огневой системы, эффективного воздействия по целям и увязки вопросов взаимодействия с пехотой.

За добросовестную, четкую работу по оформлению оперативно-разведывательной документации, проявленные мужество и отвагу, достоин правительственной награды ордена «Красная Звезда». Командир 559 артполка подполковник Петрухин».

И вновь записи из дневника: «Десятое число – первый тихий денек, наступательные бои кончились. Дожди идут почти каждый день. Дороги и даже поля – все раскисло. Танки вязнут, а о машинах и говорить нечего. Почти не пройти и не проехать. И вот в этих условиях нам предстоит перейти влево на 8 км. 13 ноября начался наш переезд. Это мученье, а не переезд. Проехали половину пути и застряли основательно. Дождь, грязь по колено, промокли почти до костей, грязные, как черти – таскаем машину. Но результаты – напрасный труд. Бросили это дело. Уже начало темнеть. Начальник штаба приказал брать бумаги и в путь. Неохота, но идти надо. Прошли два километра с грехом пополам, стало совсем темно. Почти ничего не видно. Увидели огонек и побрели на него. Набрели на дом. Заночевали и утром пошли дальше. Вот здесь нам пришлось два денька пожить почти впроголодь. Правда, в одном дому удалось обсушиться, это замечательно.

…Вот здесь-то участочек фронта. Бьет день и ночь. Выпускает по 7 тысяч снарядов. А главное, еще не окопались. Потеряли лучших ребят, командир полка ранен. Ну что же, придет и на нашу улицу праздник! Дадим, так дадим! Помнить долго будет. Сейчас готовимся к наступлению. Трудно, очень трудно. Дорог совсем нет. Снаряды за 15 км таскаем на себе, по два снаряда. 16 ноября все же стукнул морозец. Да и дорогу кончают строить, так что дело пойдет. За два дня дорога восстановилась, машины пошли вовсю».

И вновь наступательные бои, которые продолжались «до 28 декабря, затем стало потише. 1 января 1945 года встретил в землянке... Выпил 100 грамм водки. Первые минуты нового года встречали залпами батарей по противнику. Угостили фрица как полагается… Утром 20 января выехали, оставив насиженные места. Марш предстоит 65 км в район Приекуле». И вновь – бой, а вместе с тем: «Зима вступила в свои законные права. Вот тебе и «Курляндия». Мороз достигает 30–35 градусов. Выпало много снега. Но нам подвезли валенки, так что теперь не страшны они».

К началу февраля вновь потеплело: «2 февраля мы вновь перешли в наступление, наступила почти настоящая весна. Землянки у некоторых почти залило. Ведется борьба с водой и грязью. Вот сейчас, рядом с моей землянкой стоят батареи и бьют, бьют почти беспрестанно по противнику, он дает ответные. От этих выстрелов прямо глушит... Сегодня 1 марта. Весна полностью вступила в свои права. Вот и сейчас, где я пишу эти строчки, в моей халупе, холодно, вода бежит со всех сторон, грязь. На поверхности растаявшего снега появляются мины, которые подрываем выстрелами из винтовок. Ходить здесь опасно, 27-го подорвались на мине Киселев, Максимов и ординарец Тулембеков… Из Германии идут замечательные вести. Жуков вновь вчера взял шесть городов, бьет Гитлера не в бровь, а в глаз». Но и здесь, в Прибалтике, войска медленно и с большими потерями продвигались вперед, захватывая оружие и пленных».

Затем произошли изменения: «…4 апреля полк полностью снялся и погрузился на эшелоны. Поезд держал путь на юг. Проехали Житомир, затем Бердичев, проехали р. Днестр и вот уже молдавские селения. «Утром, 18 апреля 45 г., переехав реку Сирет, очутились на румынской территории. Чем дальше едем на юг, то все становится зеленее и зеленее. Доехали до ст. Плоешти. Здесь выгрузились, а дальше двигались своим ходом в сторону Бухареста».

Бухарест объехали по окружной дороге. «Нам указали место сосредоточения. Лес – дубовый. Только еще начали набухать почки. К вечеру сделали себе шалаш из земли, потому что здесь запретили пилить лес, поставили печку и квартира готова». Дальше пишет о природе и жителях Румынии, о своем посещении Бухареста. И вновь записи из дневника: «Восьмого числа к нам прибыл военторг с водкой. Мы взяли две бутылки, вечером распили и легли отдыхать. Вдруг в 3 часа ночи слышим какой-то шум, стрельбу, крики «ура!». К нам в шалаш вскакивают ребята и говорят, не говорят, а просто от радости, почти со слезами на глазах, выпалили: «Война кончилась. Германия капитулировала.Ура!» Мы, не чувствуя самих себя, выскочили на улицу. Что там делалось, трудно описать. Целуются, обнимают друг друга, поздравляют по несколько раз с Победой. В воздухе висят осветительные сигнальные ракеты. Автоматные очереди не смолкают ни на минуту. Ракеты в воздух летят одна за одной. И так было до рассвета».

И еще одна запись в дневнике: «Война окончена – 9-го мая 1945 года. На этом кончаю свой боевой дневник».

Война закончилась, но часть, в которой служил Б.Н. Парилов оставалась в Румынии еще до конца июля и только «27 июля 45 г. в 6:55 мы вступили на родную землю».

Ветераны Великой Отечественной войны Б. Парилов (слева) и К. Мельников 9-го мая.

Демобилизовался Борис Николаевич уже зимой. Вернулся в родной Палех, решил поступать в художественное училище. Занятия в училище начались 1 сентября, но его приняли в середине учебного года, все же фронтовик из династии Париловых. На одном курсе с Борисом Николаевичем училась Анна Михайловна Малышева, которая впоследствии стала его женой. Окончили училище они в 1950 году, а через год в семье родился сын Вадим, впоследствии тоже ставший художником. Вместе с женой Борис Николаевич работал в художественных мастерских. Палех славится своими произведениями лаковой миниатюры на сказочные сюжеты, но люди, прошедшие войну, иначе воспринимали искусство. Борис Николаевич часто писал работы на военные темы: «Вьется в тесной печурке огонь», «Как в солдаты меня мать провожала» и другие. На этих работах изображены солдаты в землянке или артиллерийская батарея, тона не сказочные и не яркие, зато они отражают фронтовые будни. Война оставила большой след в жизни художника и в его творчестве.

Б.Н. Парилов много работал: участвовал в реставрации Архангельского собора Московского Кремля, делал эскизы костюмов к опере «Сказка о царе Салтане» и иллюстрации к книге «Руслан и Людмила», занимался стенной росписью. Но это уже совсем другая история, а сегодня мы рассказываем о войне. И мы благодарны сыну и внукам Бориса Николаевича, Алексею и Александру, которые сохранили для потомков эти дневниковые записи, отражающие правду о той страшной войне. Эти правдивые описания военных действий трогают за душу сильнее, чем самые яркие литературные произведения.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

36